Постоянно думаешь, что надо больше писать, хочешь писать, открываешь чужие блоги, журналы, жизни, блокнот рутины, и не пишешь. Не хватает толчка, предела насыщения, когда читаешь до тех пор, пока слова не полезут из горла так, чтобы не остановить. Потом берёшь их, и валяешь, выписываешь узоры на тёмно-красном или светло-сером, чувствуешь, думаешь, понимаешь, может уже никому и не надо.

21-22 июля 2007 года, Вера Полозкова
@@@
Он не пишет своих, но чужие его отчаянно веселят.
Он их складывает в башку себе, словно цацки.
Он и сам ходит где-то, куда Макар не гонял телят,
И кровь его не раствор печали, а, собственно, дистиллят.
Но писать стихи - это как-то не по-пацански.
Он как теплый циклон, продуцирует свет и тишь.
В детстве все от его спокойствия сатанели.
Ему легче сидеть в горах и курить гашиш,
Ведь когда Бог видит, что ты спешишь -
Твой состав встает посреди тоннеля
И стоит как врытый, как населенный железный гроб.
Не видать, мол, сегодня ни бухгалтерии, ни бабла нам.
Вот поэтому он сидит у себя внутри, как большой микроб,
Потребляет китайский чай, курит всякий смешной укроп,
А я еду за ним из последних строф, из последних строп -
Голубым несложенным парапланом.